человек, который служит чему — то более высокому. Этот человек таких правил, где нормой прописано поставить себя выше другого и не отказывать ему при этом в помощи, разумеется. И, что естественно, помочь ему не за благодарность.
Сколько в мире «великих магов»… Они процветают лишь от человеческих надежд. Они необходимы людям, которые тянутся к забвению, к самодурству. Кому их в чём — любо обвинять? Им это необходимо. Жизнь усложнена до тяжёлой степени и всем порой нужна какая — то отдышка. Доступный способ пророс из крайней необходимости и нежелания стремиться к чему-то действительно высокому.
Для кого — то это храм, для кого — то лживые слова мошенников, а для кого — то дурман, что соткан из разных ингредиентов. Раб подобного дурмана Стивен и миллионы прочих.
Этот мир давно не виде спасителя, в котором он нуждается.
Спасителем мира может стать каждый из них, сделал для этого даже малое, но, к сожалению, понять это дано лишь нашей горстке. Для остальных этот путь слишком сложен, а более простыми тропами человек себя обеспечил сполна.
Гость смотрел на бесконечно красивое, уходящее далеко за горизонт море настолько прекрасных оттенков, что на секундочку он смог позабыть о своей боли. Невероятное воздействие. Ему нравился этот мир, он его действительно полюбил.
Гость направил взор на долину реки. Она начинала свой стремительный бег между отвесных скал, за которые накрепко уцепились высокие деревья. Оголённые камни, вырванные из недр земли. Они лежали на дне океанов, летали в космосе, а сейчас служили экстремальным, но вполне проходящим для роста зелени основанием. Кустарники и лиственные деревья к верху сменились хвоей, о которую разбивались облака. Сколько жизни в этой сочной зелени!
За очередным перевалом летящий за облаками Гость увидел озеро. Он слышал его песню. Он слышал его историю. Оно поведало ему о том, что когда — то в этом месте бала низина. Она служила хорошим местом для небольшого селения, в котором давным — давно одна женщина осталась с пятью детьми на плечах. Голод не заставил себя долго ждать. Гость слышал, как её дети плакали перед сном от голода, а несчастная женщина разрывалась внутри на части от того, что ей нечем было их накормить. С тяжёлым сердцем она разжигала огонь, набирала казан воды и бросала к ней камни. Дети ждали, пока приготовится еда. Они думали о ней и засыпали.
Никто из живущих в этом селении не откликнулся на горе женщины. Никто не обратил внимание на её беду.
Не хотел откликнуться, не хотел обратить внимание.
И в эти дни здешними красотами любовался Ангел. Прекрасные виды привлекли его внимание также сильно, как теперь они привлеки внимание Гостя.
За очередным перевалом тот Ангел увидел низину. В этот вечер он принял облик человека и прошёл по дворам с просьбой о приюте на ночь. Ангел хотел пообщаться с людьми. Он хотел узнать их мысли, увидеть свет в их душах, сделать для них что-нибудь хорошее поутру и снова отправиться в путь.
Никто не пустил скитающегося по горам человека в свой дом. Ангел разочаровался и вышел на окраину селения. Там он увидел стоящий в стороне от остальных дом. Как водится в подобных историях — именно в это последнем на его пути доме жила женщина, у которой закипала вода с камнями.
Ангел постучал в дверь. Женщина отворила её. Путник попросил приюта. Хозяйка жилища тут же сказала ему, что он сможет остаться у неё, но она не сможет должным образом принять его. В доме совсем нечего есть, да и спать ему придётся на полу, как и всем прочим. Ангел не отказался от подобного быть и с радостью вошёл в ветхое жилище.
Пятеро голодных детей. Двое младших дочерей и три старших сына, самому взрослому из которых было около шести лет с любопытством и трепетом смотрели на необычного человека, что перешагнул порог их дома. Глаза детей блестели от слёз и голода, младшие дети плакали, но тут они все вдруг успокоились. Ангел увидел казан. Подойдя к нему, он понял, что детям сегодня снова придётся засыпать голодными. Во всём селении сейчас никто не чувствовал голод. Он был лишь здесь и это вполне устраивало всех соседей.
Ангел снова взглянул на детей, улыбнулся им и вернулся к казану, наполненному водой и камнями. Проронил несколько слов красивым, хрустальным голосом. Отошёл от казана, крышка которого поднялась вверх и через неё потекла каша. Её прекрасный аромат наполнил дом. Сегодня дети уснули сытыми.
С первыми петухами Ангел подошёл к женщине и велел ей немедленно уходить из селения со всеми детьми. Она не могла решиться до того момента, пока он не предстал перед ней в своём истинном обличии.
Ангел знал, что семья отошла от низины на безопасное расстояние. Поднявшись вверх, он обрушил в ущелье пик горы. Со всех склонов стремительно побежала горная вода. Она шла буквально отовсюду, заполняя низину с невероятной скоростью.
Этой ночью больше никто не покинул селение.
Гость скрылся в облаке. Насладившись его прохладой и влагой, он полетел ещё выше. Вынырнул из него, он был выше всего, что есть на планете. Взмахивая крыльями всё сильнее и быстрее, он оказался именно там, где заканчивается прекрасная синева и начинается темнота вселенной.
Закрыл глаза, он оставил свои крылья в покое и пустился в свободное падение.
В этот момент его увидел едущий на велосипеде по деревенской колее юнец. Он сидел на багажнике, держась одной рукой за сиденье, на котором был его отец, а второй рукой он держался за его пожелтевшую от многих стирок, но чистую рубашку.
Огромное, по — настоящему белоснежное облако в детской фантазии без каких — либо затруднений обрело очертание плывущего куда — то очень давно, очень далеко кита. Тот был величественным, мощным. Ему точно не было дела до того, что творится где — то там, далеко внизу.
Велосипед подскочил на небольшой кочке.
Ребёнок отвлёкся. Направив взгляд в небо, он обнаружил, что кит куда — то исчез. Наверняка он попросту успел перенестись за горизонт. Улетая, он не оставил ребёнка с носом. Зрелища продолжались, но, на сей раз, это была не фантазия, а реальность.
Из огромного, белоснежного облака вдруг вырвалась огромная птица. Продолжая набирать высоту, стремительно борясь с гравитацией, птица вытянула за собой из облака тонкий шлейф белого цвета.
Вглядевшись, ребёнок сумел различить силуэт человека. Только вот крылья…
Ангел…
Его отец продолжал крутить педали, ветер продолжал легонько покачивать всё вокруг, ребёнок продолжал неотрывно
